Илья Ильф и Евгений Петров. 12 стульев Золотой теленок.аудиокниги
Первый роман Ильи Ильфа и Евгения Петрова "Двенадцать
стульев" вышел в свет в 1927 году. Через четыре года был
опубликован "Золотой теленок". Отошло в прошлое многое из того,
что осмеяно в этих романах, канули в небытие некоторые из
выведенных в них типов, но книги Ильфа и Петрова не
устарели и не утратили своей силы и прелести.
Действие "Двенадцати стульев" развертывается в том же 1927
году, в котором был написан роман. В богатой коллекции
отрицательных типов, выведенных в нем, можно найти персонажей с
особенно отчетливой печатью того времени. Но рядом с ними есть
и такие, которые дожили до наших дней, весьма мало изменившись
и самым фактом своего существования подтверждая, что пережитки
капитализма не так-то легко победить.К первой категории принадлежат деятели "Меча и орала" -
начиная со злобствующего пустозвона и бездельника Полесова и
кончая председателем "Одесской бубличной артели" нэпманом
Кислярским, готовым пожертвовать немалую сумму на дело
реставрации капитализма и тут же, при первой опасности
разоблачения, донести на всех своих соратников по
организованному Бендором "Союзу меча и орала".Есть в романе и другая галерея типов. Это "людоедка" Эллочка с ее птичьим лексиконом из тридцати слов, с ее фантастической, смехотворной манией следовать модам американских миллионерш и с ее вполне практической людоедской хваткой в области выколачивания денег из своих ближних. Это застенчивый "голубой воришка" Альхен, маленький жестокий хапуга, присосавшийся к органам собеса и обкрадывающий беспомощных старушек во имя прокормления своего обширного семейства сытых бездельников; это "молодой человек с бараньей прической и нескромным взглядом", поэт-халтурщик Никифор Трубецкой-Ляпис, с его неизменными стихами о Гавриле, который был и хлебопеком, и лесорубом, и почтальоном, и охотником -- в зависимости от того, в какой отраслевой журнал предлагалась очередная "Гаврилиада". Сколько ни трудились потом авторы литературных пародий, пожалуй, никто после Ильфа и Петрова так зло и смешно не изобличил позор литературной халтуры и приспособленчества.
Второй роман Ильфа и Петрова "Золотой теленок" вышел
в 1931 году. Один из главных героев "Двенадцати стульев"
"великий комбинатор" жулик и авантюрист Остап Бендер перешел на страницы нового романа, где в компании трех других
жуликов более мелкого масштаба принялся охотиться за миллионом
рублей, раздобыв который он при всех обстоятельствах
рассчитывает стать счастливым.
В "Двенадцати стульях" поиски брильянтов мадам Петуховой
были прежде всего сюжетной мотивировкой, позволявшей провести
читателя через целую галерею сатирически очерченных типов. Этот
сюжет лишь в конце обращался острием против самих искателей
клада. Вся тщета их поисков становилась оглушительно очевидной
лишь на самых последних страницах романа, когда глазам
ошеломленного Воробьянинова предстали брильянты мадам
Петуховой, преобразившиеся в великолепное здание рабочего
клуба. В "Золотом теленке", в отличие от "Двенадцати стульев",
сюжет почти с самого начала строился так, что тщета надежд
Бендера на будущее преуспеяние с миллионом в кармане делалась
ясной читателю гораздо раньше, чем ему самому.
Бендер рассчитывает стать счастливым, путем вымогательства
отняв миллион у другого проходимца, но этот другой обладатель не одного, а целых десяти неправедно нажитых
миллионов, подпольный миллионер Александр Иванович Корейко,
сам несчастен в условиях строящегося социализма. Нелепость его
положения состоит в том, что сохранить свои деньги он может,
лишь скрывая свое богатство и, следовательно, не совершая
сколько-нибудь заметных трат, любая из которых может привести
его к разоблачению Корейко живет в замкнутом круге, созданном
условиями социализма. Он может хранить и продолжать хищнически
наживать свои деньги лишь в личине скромного, в обрез живущего
конторщика, понимая, что это положение не может для него
перемениться, пока существует советская власть. В погоне за вожделенным миллионом Бендер не задумывается над тем, что, став обладателем миллиона, он разделит участь Корейко. Бендер с невероятным упорством стремится к обладанию миллионом, в то время как перед читателем уже полностью прошла судьба Корейко, человека с сорока рублями жалованья и с десятью миллионами в потрепанном чемодане, который он сдает в камеры хранения то одного, то другого вокзала.
Рядом с Корейко в романе изображены те, кто помогает ему умножать его богатство. Это бюрократ и перерожденец начальник "Геркулеса" Полыхаев, его подручные Скумбриевич, Берлага и множество других жуликов и подхалимов разных мастей и рангов, присосавшихся к государственному аппарату и готовых спрятаться хоть в сумасшедший дом, лишь бы прошла стороной столь страшная для них "чистка" советских учреждений. Картину дополняет символическая "Воронья слободка" -- коммунальная квартира, в которую авторы сселили самые причудливые олицетворения остатков старого мира, начиная от мужиковствующего экс-камергера Митрича, который, по его утверждению, "в гимназиях не обучался" (что было чистой правдой, потому что обучался он в Пажеском корпусе), и кончая выгнанным из третьего класса гимназии Васисуалием Лоханкиным. В образе этого последнего беспощадно осмеян весь тот мнимо интеллигентный сброд, который пытался претендовать на интеллектуальное превосходство, обладая образованием в объеме трех классов гимназии да десятком толстых томов с золотыми корешками на книжной полке и при этом истошно вопя о "гибели русской интеллигенции" н о посягательстве большевиков на "святыни культуры".
Чтобы любить эти книги, у читателей есть достаточно
оснований. Прежде всего они написаны людьми, любившими все то,
что мы любим, и ненавидевшими все, что мы ненавидим, людьми,
глубоко верившими в победу светлого и разумного мира социализма
над уродливым и дряхлым миром капитализма. Кроме того, это
книги талантливые и, наконец, очень смешные,
Илья Ильф и Евгений Петров писали свой первый роман,
засиживаясь по вечерам в редакции газеты "Гудок", где они
работали в те годы в качестве литературных сотрудников в отделе
читательских писем, рабкоровских заметок и фельетонов. Их
литературный путь от построенных на безбрежном рабкоровском
материале сатирических заметок в "Гудке" к "Двенадцати стульям"
и "Золотому теленку" и от этих романов к сотрудничеству в
"Правде" в качестве авторов десятков фельетонов, блестящих по
форме и полновесных по силе наносимых ими ударов, -путь
естественный, целеустремленный. Что бы ни писали Ильф и Петров,
вся сила их сатирического дарования была отдана борьбе с
пережитками прошлого, борьбе с миром тупости, косности и
стяжания.
Чтобы написать такие романы, как "Двенадцать стульев" и
"Золотой теленок", нужно было обладать большим журналистским
опытом и хранить в памяти тысячи встреч, связанных с самой
разносторонней и кропотливой из всех редакционных работ - с
обработкой приходящих в редакцию писем. Содержание романов
Ильфа и Петрова не оставляет сомнений относительно того, чем
была продиктована для авторов внутренняя необходимость их
создания. Рабкоровские письма и заметки, жалобы читателей,
приходившие с редакционной почтой, обличали все злое, нелепое,
старорежимное, мещанское, пошлое и тупое, чего еще
предостаточно было в ту пору в окружающей жизни.